Летом прошлого года он опубликовал в «Советской России» статью под названием «Оранжевая колба», посвященная опасности «оранжевой революции» в России. Эту статью перепечатала газета «Северный рабочий» в городе Северодвинске, где Георгий живет. Через несколько дней после публикации член Общественного совета при мэре г.Архангельска г-н  В.Гауптман обратился в органы прокуратуры с заявлением, в котором потребовал привлечь к редакцию газеты «Северный рабочий» и автора статьи Г.Знаменского к ответственности за экстремизм.

Северодвинская городская прокуратура направила в Северодвинский городской суд иск по признанию статьи экстремистской. 26 января северодвинский городской суд признал статью экстремистской, что грозило редакции газеты и автору статьи серьезными неприятностями.

Но при вынесении решения судом и прокуратурой города Северодвинска были грубо нарушены требования закона. Ко мне обратились родители Г.Знаменского с просьбой о помощи. Они утверждали, что это дело является заказным и необходимо определенным политическим силам для разжигания страстей на почве «борьбы с русским фашизмом». После ознакомления с документами по данному делу я встретился в Москве с Георгием, и убедился, что его родители недалеки от истины, когда утверждали о заказном характере дела.

Во-первых, решение суда базировалось на заключении эксперта - доцента кафедры филологии Архангельского госуниверситета Т.Сидоровой, которая провела лингвистическую экспертизу статьи и пришла к выводу о том, что статья носит экстремистский характер. Но дело в том, что Т.Сидорова еще до начала процесса по просьбе В.Гауптмана составила справку-анализ содержания статьи, где сделала вывод о наличии в ней признаков экстремизма. Эту справку В.Гауптман приложил к своему заявлению в прокуратуру.

В соответствии с положениями УПК РФ суд не имел права принимать во внимание выводы официальной экспертизы Т.Сидоровой, поскольку она была знакома с заявителем В.Гауптманом и, кроме того, еще до начала судебного процесса публично уже высказала свое отношение к содержанию статьи.

Тем не менее, северодвинский городской суд не принял эти возражения защиты Г.Знаменского во внимание и вынес решение, основанное на этом заключении. Пикантность ситуации усугубило и поведение прокуратуры Архангельской области, которая направила официальную просьбу о проведении лингвистической экспертизы. Эта экспертиза также была выполнена в Архангельском госуниверситете на той же кафедре филологии, но на этот раз начальником Т.Сидоровой, заведующей кафедры филологии доктором наук Петровой. Но Петрова в своем экспертном заключении не нашла в статье Знаменского признаков экстремизма.

По неизвестным причинам прокуратура спрятала это заключение экспертизы «под сукно» и в суд его не представила. Но наличие такого заключения стало известно защитникам Г.Знаменского, которые потребовали провести независимую экспертизу в Москве в Российской академии наук, поскольку два эксперта с одной кафедры филологии высказали диаметрально противоположные мнения. Суд в проведении независимой экспертизы отказал. Кроме того, Г.Знаменскому вменялось в вину деяния, определяемые редакцией закона «О противодействии экстремистской деятельности» от 27 июля 2006 года, хотя статья вышла 8 июля 2006 года. Тем самым, суд нарушил важнейший принцип правосудия: «Закон обратной силы не имеет!». Тем не менее, городской суд  Северодвинска вынес решение, обвиняющее Г.Знаменского в экстремистской деятельности.

Далее должно быть возбуждено уголовное дело по факту экстремистской деятельности Г.Знаменского, автоматически вынесен обвинительный приговор и жизнь молодого человека могла оказаться сломанной, поскольку по действующему законодательству признание гражданина «экстремистом» означает лишение его очень многих прав именно как гражданина.

Как только мне стало известно об этих вопиющих нарушениях закона под флагом «борьбы с русским фашизмом», я немедленно отправил депутатский запрос в Генеральную прокуратуру, где потребовал расследовать деятельность Северодвинской прокуратуры в этом процессе. Кроме того, я оформил Г.Знаменского своим помощником на общественных началах, чтобы поддержать его морально. И главное, поскольку Георгий направил апелляцию в Архангельский областной суд, то я принял решение принять участие в этом процессе в качестве общественного защитника.

Именно с этой целью 27 февраля я поехал в Архангельскую область, попутно решив ознакомиться с «Севмашем» и с общественно-политической ситуацией в области, о чем писал в одном из предыдущих постов. Однако, то ли из-за моего появления в зале заседаний областного суда, то ли по иной причине заседание было отложено на две недели. Формальный повод был следующий – поскольку Г.Знаменский внес дополнения к своей апелляционной жалобе, а прокуратура за две недели так и не успела ознакомиться с ее содержанием, то заседание решили перенести на 15 марта. И 14 марта я снова полетел в Архангельск, чтобы выступить в защиту Георгия.

И вот открылось заседание апелляционного суда… В очереди были четвертые. По всем делам, рассмотренным до нас, суд отклонил поданные апелляции. Наконец, приступили к делу по статье «Оранжевая колба». Я представил суду нотариально заверенную доверенность о том,  что я представляю интересы Г.Знаменского и начались судебные слушания. После выступления адвоката Георгия, которая очень грамотно и юридически обоснованно указала на нарушения закона в ходе следствия и суда в Северодвинске, слово было предоставлено мне. Я указал на то, что поскольку статья «Оранжевая колба» посвящена опасности «оранжевой революции» в России, а такое понятие в юриспруденции отсутствует, то необходимо дать политическую оценку такому термину.

Я предложил суду следующий комментарий по данному поводу. Как известно, понятие «оранжевая революция» появилось после известных событий на Украине. В результате второго тура президентских выборов победу одержал В.Янукович. Его победа подтверждалась официальными итогами всенародного голосования. Президент РФ В.В.Путин официально поздравил В.Януковича с победой. Однако его конкуренты, недовольные итогами голосования, организовали на Майдане независимости палаточный лагерь и круглосуточные митинги, в  ходе которых тысячи людей выражали несогласие с итогами голосования. В результате, Украина оказалась на грани гражданской войны, чтобы не допустить которую власть была вынуждена уступить давлению толпы и пойти на проведение непредусмотренного Конституцией Украины третьего тура голосования. На волне антиконституционной «оранжевой революции, к власти на Украине пришли прозападные силы, настроенные антироссийски.

Таким образом, в традиционном понимании, «оранжевая революция» - это антиконституционный государственный переворот, использующий толпу для преступного захвата государственной власти. В этой ситуации «оранжисты» - участники антиконституционного государственного переворота, использующие силовые методы для свержения законной власти. И поэтому  (цитата из статьи) "...как должны вести себя в случае этой "оранжевой" агонии все те честные люди, которым дороги свобода и независимость русского народа, память наших предков и целостность России? Да только так: вспомнить, что они граждане и патриоты, а не трусливые тряпки; что на них смотрят с надеждой их жены и дети, взять в руки бейсбольные биты и идти на улицы городов, чтобы вычистить их  от бацилл  «оранжевой» лихорадки.  Со смертельно опасными  болезнями  борются беспощадно, и нельзя давать им ни малейшего шанса на существование, ибо нация, страна и народ важнее любых тлетворных мифов о мертвом «либерализме» и «толерантности».

В заключение своего выступления я сказал, что считаю, что Г.Знаменский данным высказыванием выступает в защиту конституционного строя Российской Федерации и должен не только не осуждаться, а наоборот, поддерживаться за свою активную жизненную позицию. Кроме того,  для меня вообще непонятна позиция северодвинской прокуратуры, которая вместо защиты конституционного строя Российской Федерации, выступает в поддержку сил, стремящихся совершить антиконституционный государственный переворот в нашей стране.

Судьи апелляционного суда задали несколько вопросов заместителю северодвинского городского прокурора. Однако его ответы производили впечатление крайне неуверенных и невнятных.

Суд удалился на совещание. Через пять минут судьи вышли из совещательной комнаты, и председатель зачитал решение: «В связи с грубейшими нарушениями УПК РФ решение северодвинского городского суда отменить. Дело направить на новое рассмотрение».

Через четыре часа я уже был в самолете и летел в Москву. Настроение, как вы понимаете, было прекрасным. Оказывается даже при нашем «басманном правосудии» можно добиться справедливости.

На следующий день, 16  марта в Госдуме мне положили на стол свежую почту и я увидел ответ на мой депутатский запрос в Генпрокуратуру. Цитирую: «Уважаемый Виктор Имантович! Ваше обращение в интересах Знаменского Георгия Михайловича рассмотрено. К уголовной ответственности за написание статьи "Оранжевая" колба" Знаменский Г.М. не привлекался. Уголовное дело в отношении него в суд не направлялось. 9 февраля 2007 года прокуратурой Архангельской области в отношении Знаменского Г.М. вынесено постановление об отказе в возбуждении уголовного дела по ст.ст. 280, 282 УК РФ за отсутствием в его действиях состава преступления. Заместитель Генерального прокурора Российской Федерации    С.Г.Кехлеров».

Очень надеюсь, что нового рассмотрения дела в северодвинском суде больше не будет.